Сергей Минцлов - Приключения студентов [Том I]

— А что такое форум? — осведомился Марк.

— Площадь рыночная древняя, а кругом нее храмы, дворцы, сенат!.. Полуразвалилось все это, конечно, теперь — пустынно там: город в стороны от нее раздался. Колонны высоченные стоят, арки всякие, статуй не перечесть!..

— И никто не живет там??

— Никто!.. коровы да свиньи пасутся. Вообще, в Риме народа немного стало… целые кварталы вымерли!

— Отчего?

— Да оттого, что режутся постоянно… войны да распри идут вечные!..

— А где теперь их нет?.. — задумчиво проговорил Ян. — Герцоги с баронами дерутся, папа с императором, а платимся за все мы, беднота! Городам хорошо… ишь они, какими крепостями обгородились!

Долго отдыхать своим товарищам Луиджи не дал и скоро все они прежним порядком пустились в путь. Дорога была плохая; местами она превращалась в тропу и вилась над обрывом по кручам.

ГЛАВА XII

Было уже почти совсем темно, когда путники завидели мигающий огонек впереди. Недолгое время спустя смутно забелели очертания небольшого двухэтажного строения — постоялого двора. Ворота были уже заперты. На стене качался и скрипел тускло светивший фонарь.

Луиджи постучал молотком, прикованным на цепочке, в ворота и удары гулко отозвались во дворе. Через некоторое время наверху открылось небольшое окошко и выставилась неясно различавшаяся человеческая голова.

— Кто там?.. — спросил хриплый мужской голос.

— Певцы мы странствующие! — отозвался Луиджи. — Переночевать пустите, трое нас!

Выглянувший убедился, что пришедших всего трое и исчез. Через минуту загремел железный крюк и ворота отворились.

Ян чувствовал себя очень усталым и был уже не в силах взойти на крутую лестницу. Он попросил, чтобы его оставили на дворе при ослике — свободного места было много. Работник принес охапку соломы и разостлал ее у стены; Ян с наслаждением растянулся на привольном ложе. От еды он отказался.

— Не холодно ли тебе тут будет? — озаботился Марк. — Ишь, ветер как воет!

— Нет, здесь тепло! — дал ответ Ян. — Идите, ужинайте…

Луиджи и Марк отправились в кухню. Она была обычного вида, но наполовину меньше вассербургской. Не было в ней и такого количества бочек. За двумя столами сидели, освещенные огнем очага, проезжие; четверо из них азартно играли в кости и с шумом выбрасывали из деревянного стаканчика пару белых костяных кубиков. Трое остальных беседовали и потягивали пиво.

Луиджи и Марк поздоровались и только успели сесть на лавку, как на пороге показался пожилой, высокий человек в желтой куртке и с длинными светлыми волосами почти до плеч. На лбу они были подстрижены челкой.

— Хозяин? — встревоженно проговорил он. — Выйди- ка на двор!

Трактирщик, ведший с Луиджи переговоры об ужине, оглянулся.

— Чего я там не видал? — прохрипел он в ответ.

— Да поди же, говорю: не зря зову!

Грузный, плечистый хозяин направился к двери. За ним последовал и остановился на пороге, словно лиса, вынюхивающая, в чем дело, любопытный Луиджи.

— Гляди–ка! — сказал высокий и поднял руку.

Луиджи сделал еще пару шагов и за выступом стены увидал зарево: высоко, очевидно, на горе, словно открывшийся кровавый глаз, алел пожар.

— Святые угодники!!.. Да где же это горит?!.. — воскликнул хозяин. — Уж не замок ли герцога?

— Нет! — отозвался из глубины двора совсем невидимый человек. — Замок правее!.. не нечистая ли сила свой шабаш справляет?

Хозяин и Луиджи перекрестились. Заслышав разговор о пожаре, вышел и Марк, а за ним и остальные.

— Не замок горит! — уверенно произнес один из них. — Это напротив его, на горе, где копи серебряные заброшенные!

— А чему там гореть?.. — возразил хозяин. — Камни да сосенник, живой души не встретишь!..

— Гномы что–нибудь делают! — убежденно сказал третий. — Они это, больше некому!

Пожар был очень далеко. Приезжие и хозяин постояли во дворе, поглядели на зарево и возвратились в кухню. Все уселись за одним столом — об игре и не вспоминали.

— Я так полагаю, нечисть это там собралась, шабаш справляет! — заметил один из проезжих, человек угрюмого вида с густыми бровями.

— Сказал тоже!.. — возразил другой, косоглазый. — Шабаш только на Брокене бывает, под Вальпургиев день!..

Угрюмый отрицательно потряс головою.

— Вальпургиева ночь — это у них как наш светлый праздник, главный шабаш, а маленькие по разным местам бывают: они вроде воскресений! Я сам видал, как ведьмы летели на них над лесом!

Все примолкли; в трубе над очагом гудел ветер; нет–нет и камин как будто глубоко вздыхал и тогда из него вырывался густой клуб дыма; под потолком синела пелена его.

Служанка подала нарезанный хлеб, затем доску с грудой вареного мяса; каждый клал себе кусок прямо на стол и резал его собственным ножом. Все жадно принялись за еду и, за исключением Марка, кроме пива потребовали водки; мало–помалу опять начались разговоры и, конечно, о нечистой силе.

Хозяин сидел в своем зеленом переднике на пустом бочонке у прилавка и, зажав руки между коленями, то клевал носом, то просыпался на миг, прислушивался к речам и к посвистыванью ветра и опять задремывал.

— Шел я раз под вечер по дороге… — рассказывал косой. — Вдруг вижу — белое что–то, будто шар, навстречу мне катится! Правду скажу — человек я смелый, но тут струхнул и шарахнулся в сторону, в кусты; за ними на лужайке дерево большое дуплистое стояло — я в него как белка вскочил! Прошло немного времени, выглянул я — нет никого кругом — ни шара белого, ни души живой! Хотел уже вылезать, да вдруг голоса различил и опять спрятался. Слышу — две женщины встретились чуть в стороне от моего дерева и говорят, а о чем — не могу разобрать. Другой бы струсил, как мертвый лежал бы, а я из–за краешка дупла выглянул. Вижу, две старухи растрепанные с лопатами в руках стоят; у одной через плечо сума висит; старуха полезла в нее да голову человеческую отрезанную из нее и вытаскивает: суп хороший будет, заявила! Батюшки мои — ведьмы! Сомлел я, назад откинулся, а ведьмы как захохочут! Потом улетели на лопатах на своих… без памяти я домой добрался!..

— Везде нечисти много!.. — заметил угрюмый. — И вот еще что знающие люди говорят — если где убийство произошло — там она больше всего держится! Не к ночи бы сказывать, а помните, может, Иоганна рыжего, которого здесь зарезали, так вот…

Хозяин икнул и проснулся окончательно.

— Не мели чуши–то… — сердито вмешался он. — Мало ли что болтают люди? Разве сыщется хоть один постоялый двор на свете, где кого–нибудь не убили бы? Сами всегда драки заводите, а потом на чертей все валите! Не кочан ли капусты ты со страху за голову принял?